Марина Сырова

Судья Хамовнического суда Марина Сырова (в прошлом — сотрудник прокуратуры) — из ряда вполне обычных нынешних российских судей, до процесса Pussy Riot она не успела отличиться в каком-нибудь громком деле. Однако совершенно очевидно, что, не имея никакого опыта в политических процессах, она с легкостью вошла в привычную роль, которую играют многие ее коллеги как в административных, так и уголовных делах, имеющих политическое значение. Роль судьи, полностью солидаризирующегося со...

Судья Хамовнического суда Марина Сырова (в прошлом — сотрудник прокуратуры) — из ряда вполне обычных нынешних российских судей, до процесса Pussy Riot она не успела отличиться в каком-нибудь громком деле. Однако совершенно очевидно, что, не имея никакого опыта в политических процессах, она с легкостью вошла в привычную роль, которую играют многие ее коллеги как в административных, так и уголовных делах, имеющих политическое значение. Роль судьи, полностью солидаризирующегося со стороной обвинения, игнорирующего практически любые доводы и ходатайства защиты. Причем Сырова играет свою роль самозабвенно, безо всякого смысла ограничивая подсудимых в простейших просьбах и открыто хамя их адвокатам.

Первым решением Сыровой по делу Pussy Riot стало очередное продление обвиняемым срока содержания под стражей, сразу почти на полгода: 20 июля арест был продлен до 12 января (ранее другие судьи по ходатайству следствия продлевали срок содержания под стражей на месяц или два).

Примерам произвола, которые творит в ходе слушаний Сырова, несть числа. Имеют место и откровенные нарушения процедуры. Недаром за недолгое время процесса ей заявляли отвод семь раз (ни один не был принят). Настроенность судьи против стороны защиты очевидна: Сырова запрещала защите заявлять ходатайства, мотивируя это тем, что стадия заявления уже прошла, хотя время заявления ходатайств в судебном заседании законом не ограничено. Ходатайства от самих обвиняемых судья не принимала вовсе под тем же предлогом. Между тем, стороне обвинения позволялось заявлять ходатайства в любой момент. Судья без каких-либо оснований запрещала задавать свидетелям защиты самые простые вопросы (например, касающиеся непосредственно акции Pussy Riot в храме Христа Спасителя), запрещала читать некоторые характеристики подсудимых, игнорировала ходатайство о расширении круга вопросов, задаваемых свидетелям. Большую часть свидетелей защиты (14 из 17) Сырова вообще отказалась приглашать в суд — в частности очевидца акции в храме фотографа Дмитрия Алешковского. Некоторых свидетелей по распоряжению судьи приставы не пускали в здание суда, а тех, кто успел пройти, выводили на улицу. Свидетели же обвинения выступили все, причем очевидцев среди них не было. Что касается обвиняемых, то их попросту морили голодом: ежедневно поднимали ни свет ни заря и держали по многу часов до заседания в небольшом помещении («стакане») без всякой пищи, отказывали в перерывах на обед.

Вот характерный пример снятия судьей вопроса, который теоретически мог бы прояснить суть преступления, вменяемого в вину подсудимым (из репортажа «Новой газеты»):

…адвокат Марк Фейгин задает вопросы охраннику храма Сергею Белоглазову: «Какие инструкции существуют у ЧОП «Колокол» на случай хулиганства в храме?» Ответ: «Задержать нарушителя и передать в руки полиции». — «Почему же вы отпустили девушек?» — «Я не отпускал, а передал в руки другому сотруднику...» Из дальнейшего диалога выясняется, что девушки не показались охраннику чересчур опасными: «Вот если икону разорвут, то мы в полицию доставим, или в Кащенко...» Тут же вопрос Фейгина: «То есть, с вашей точки зрения, нарушение не было значительным?» Судья кричит «Вопрос снят!» одновременно с адвокатом Белоглазова, который к чему-то сообщает: «Согласно 51-й статье Конституции вы не обязаны свидетельствовать против себя!».

Пример агрессивного, хамского по отношению к защите, на грани фарса, поведения судьи (из репортажа «Новой газеты»):

Защита заявляет о вызове свидетелей. Виолетта [Волкова, адвокат Pussy Riot — «Кстолбу.Ру»] зачитывает: «Бежина Наталья Игоревна, проректор Института журналистики и литературного творчества, для характеристики личности Алехиной». [Мария Алехина, одна из обвиняемых — «Кстолбу.Ру».] Стороны не возражают, судья удовлетворяет ходатайство. Волкова: «Позовите ее, она на улице». Судья: «Тогда я отказываю в ходатайстве! Только если свидетель в зале суда!». Волкова: «Но ее выгнали из суда приставы!» Ротвейлер, которого держит спецназовец, рвется с поводка. Виолетта: «Уймите собаку!» Судья Сырова: «Правильно, собака, молодец!».

Забавно, что один из отводов судьи Марины Сыровой был заявлен защитой потерпевших. Адвокату Алексею Таратухину показалось подозрительным, что 31 июля судья вошла в зал прямо за адвокатом подсудимых Виолеттой Волковой. На его взгляд, это «свидетельствует об особых отношениях судьи и адвоката». Он заявил, что «судья утратила объективность, а потерпевшие исполняют роль статистов в судебном заседании», передает ИТАР-ТАСС. Сырова, по его словам, судья игнорировала комментарии адвокатов подсудимых относительно показаний потерпевших. Эти комментарии, по мнению Таратухина, унижали достоинство его доверителей. Адвокаты подсудимых, со своей стороны, поддержали этот отвод и заявили собственный. Они заявили, что видели, как судья конфиденциально общается с адвокатом потерпевших.

Проведя слушания в кратчайший для резонансного дела срок — восемь дней, — Сырова 8 августа объявила, что приговор будет оглашен 17 августа.

17 августа Сырова приговорила Толоконникову, Алехину и Самуцевич к двум годам колонии общего режима.

Дело Pussy Riot

21 февраля 2012 года в храм Христа Спасителя вошли несколько человек. Они забежали на солею храма, надели на себя пестрые одежды, натянули на лицо балаклавы — шапки, закрывающие лица — и, расчехлив электрогитару и достав небольшой усилитель, встали на колени и начали быстро осенять себя крестными знамениями, после чего запели песню.

21 февраля 2012 года в храм Христа Спасителя вошли несколько человек. Они забежали на солею храма, надели на себя пестрые одежды, натянули на лицо балаклавы — шапки, закрывающие лица — и, расчехлив электрогитару и достав небольшой усилитель, встали на колени и начали быстро осенять себя крестными знамениями, после чего запели песню.

Это была акция феминистской панк-группы Pussy Riot, на счету которой ряд громких эпатажных мероприятий, связанных с политической ситуацией в стране. За месяц до акции в храме Pussy Riot взобрались на Лобное место и исполнили песню «Бунт в России — Путин зассал». Нынешнюю же акцию группа определила как панк-молебен, а песня называлась «Богородица, Путина прогони!». Участницам группы удалось спеть только начало песни, после чего их выгнали из храма. Двумя днями ранее Pussy Riot попытались провести аналогичную акцию в Богоявленском соборе в Елохове, но их почти тут же вывели. После выступления в храме Христа Спасителя в интернете был выложен видеоролик песни «Богородица, Путина прогони!», смонтированный из съемок, сделанных как в храме Христа Спасителя, так и в Богоявленском соборе.

26 февраля было возбуждено уголовное дело по статье «Хулиганство» (ч. 2 ст. 213 УК). Участникам акции инкриминировалось хулиганство, совершенное группой лиц по предварительному сговору и по мотивам религиозной ненависти или вражды (в процессе расследования участниц акции обвинили в хулиганстве по мотивам ненависти к социальной группе «православные христиане»). Были сообщения и о том, что против подследственных возбуждено или выделено в отдельное производство дело по знаменитой статье 282 (возбуждение ненависти или вражды).

3 марта по подозрению в причастности к выступлению в храме были арестованы Надежда Толоконникова и Мария Алехина, 16 марта — Екатерина Самуцевич. (По данным следствия, в акции участвовали пять человек, но о двух других предполагаемых участниках ничего до сих пор не известно.) Поначалу Толоконникова и Алехина заявляли, что не имеют отношения к Pussy Riot и акции в храме. Позднее все арестованные признали свое участие в панк-группе. Однако Самуцевич и на слушании по делу утверждала, что охранник буквально вынес ее из храма, как только она расчехлила гитару, из чего следует, что принять участие в акции она практически не успела.

Многочисленные эксперты признавали в акции факт оскорбления чувств верующих, что является административным правонарушением, но отказывались трактовать ее как уголовное преступление, грозящее подозреваемым сроком до семи лет. Однако следствие настаивало на том, что содеянное в храме есть хулиганство с означенными выше признаками (то есть наличием сговора и по мотивам религиозной ненависти), и несколько раз ходатайствовало о продлении обвиняемым срока ареста, мотивируя это тем, что задержанные могут скрыться, а также тем, что содержание под стражей спасет их от нападок оппонентов. Суд каждый раз удовлетворял ходатайство.

Дело Pussy Riot приобрело необыкновенный общественный резонанс, причем не только в России, но и во всем мире. У здания Таганского суда, регулярного продлевавшего обвиняемым срок содержания под стражей, образовался круглосуточно действующий протестный лагерь «ОккупайСуд», по аналогии с «ОккупайАбай» на Чистых прудах. В дни судебных заседаний у суда с плакатами стояли как сторонники Pussy Riot, так и их идеологические оппоненты, называющие себя защитниками духовности. При этом некоторые из «защитников духовности» не гнушались применять насилие: были случаи, когда православные активисты поднимали руку на женщин, осмелившихся выразить поддержку обвиняемым.

В защиту Pussy Riot выступили российские и западные деятели культуры. Первые (более 100 человек) подписались под коллективным открытым письмом, в котором присоединялись к мнению, что акция в храме, как к ней ни относись, не является уголовным преступлением. В защиту панк-группы выступили многочисленные зарубежные рок- и поп-музыканты, в том числе в ходе московских выступлений. Во время концерта группы Faith No More в Москве с музыкантами выступили оставшиеся на свободе участницы Pussy Riot. В поддержку обвиняемых выступили также депутаты Бундестага, такие известные в мире искусства люди, как Йоко Оно и певица Бьорк.

С осуждением Pussy Riot выступили русские писатели-почвенники.

Дело Pussy Riot стало не менее (а может быть, и более) известным в России и мире, чем дело ЮКОСа (более скандальным — так уж точно).

20 июня, в ответ на очередное решение суда о продлении срока ареста, обвиняемые объявили голодовку, которую сняли в первой половине июля. (Ранее Толоконникова и Алехина объявляли голодовку непосредственно после задержания и прекратили ее одиннадцать дней спустя, после того как Мосгорсуд отказал им в удовлетворении жалобы. Самуцевич держала голодовку пять дней в середине мая, выступая против содержания под стражей и давления со стороны сокамерниц, после чего ее перевели в одиночную спецкамеру.) В общей сложности Толоконникова и Алехина просидели за решеткой почти пять месяцев, Самуцевич — около четырех с половиной месяцев до начала судебных слушаний.

В рамках расследования дела было проведено три экспертизы. Авторы первых двух экспертных заключений не усмотрели в действиях Pussy Riot мотивов ненависти или вражды, равно как и призывов к противоправным действиям. Следователь Артем Ранченков (на самом позднем этапе, в июне 2012 года, его сменил Михаил Харьков) забраковал обе экспертизы и назначил третью, которая уже нашла вожделенные признаки возбуждения религиозной ненависти и оной ненависти мотивы. При этом так до конца и не ясно, инкриминируется ли обвиняемым собственно акция в храме или выложенный в интернете видеоролик. Между тем, адвокаты обвиняемых с самого начала процесса заявляли, что следственные действия с их подзащитными не проводятся, допрашивали их только один раз.

Обвинительное заключение, датированное 28 мая, гласит, что обвиняемые «кощунственным образом унизили вековые устои и основополагающие руководства Русской Православной Церкви», а также «грубо нарушили общественный порядок, выразив неуважение к обществу, противопоставив себя в православном Храме обществу, демонстративно пренебрегли общепринятыми нормами поведения в Храме, оскорбили религиозные чувства посетителей Храма и всех верующих граждан, по мотивам религиозной ненависти и вражды». В обвинительном заключении, в частности, говорится, что Толоконникова, Алехина, Самуцевич и еще два неустановленных лица незаконным образом проникли на солею, куда разрешается заходить только представителям духовенства. Однако запрета заходить на солею нет ни в церковных правилах, ни, естественно, в российском законодательстве.

Потерпевшими были признаны охранники храма Сергей Белоглазов, Станислав Шилин, Владимир Потанькин и Василий Саданин, алтарник Павел Железов, свечницы Любовь Сокологорская и Татьяна Аносова, заместитель главного энергетика храма Сергей Виноградов и прихожанин храма, член организации «Народный собор» Денис Истомин, в один голос утверждавшие, что «бесовские дрыганья» причинили им «непреходящую боль». Обвиняемые отмечали, что показания потерпевших были практически идентичными, вплоть до совпадения опечаток.

4 июля судья Таганского суда Наталья Коновалова постановила сократить срок ознакомления обвиняемых и их защитников с материалами уголовного дела, составляющего семь томов по 300 страниц, до 9 июля. В ответ Толоконникова и Самуцевич вновь объявили голодовку.

В ходе следствия и суда на обвиняемых постоянно оказывалось воздействие: им не давали конфиденциально общаться с адвокатами, с родными и близкими — так, Марии Алехиной не разрешили поговорить по телефону с сыном.

7 августа прокурор Александр Никифоров попросил суд приговорить всех трех обвиняемых к трем годам лишения свободы в колонии общего режима. 17 августа они были приговорены к

двум годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

10 октября 2012 года Мосгорсуд оставил без изменения приговор для Толоконниковой и Алёхиной, а для Самуцевич заменил реальное наказание на условное.

Толоконникова отбывает наказание в женской колонии ИК-14 в посёлке Парца (Республика Мордовия). Алехина сначала сидела в женской колонии в Березниках в Пермском крае, а затем перевели в колонию №2 в Нижнем Новгороде.

ПОСЛУЖНОЙ СПИСОК

До дела Pussy Riot судья Марина Сырова была мало кому известна. Неудивительно, что в ходе процесса на портал Rospravosudie.Com поступило два независимых обращения (журналиста Дмитрия Бутрина в блогге и портала OpenSpace) с целью выяснить, какими делами занималась Сырова ранее и каковы принципы ее работы. За свою трехлетнюю карьеру судьи Хамовнического суда Сырова вынесла 178 решений. Большая часть дел демонстрирует, что она работала в тесной связке с МВД, причем преимущественно с...

До дела Pussy Riot судья Марина Сырова была мало кому известна. Неудивительно, что в ходе процесса на портал Rospravosudie.Com поступило два независимых обращения (журналиста Дмитрия Бутрина в блогге и портала OpenSpace) с целью выяснить, какими делами занималась Сырова ранее и каковы принципы ее работы.

За свою трехлетнюю карьеру судьи Хамовнического суда Сырова вынесла 178 решений. Большая часть дел демонстрирует, что она работала в тесной связке с МВД, причем преимущественно с подразделениями, контролирующими территорию ОАО «Лужники». В ее досье также дела, по выражению Бутрина, «выглядящие на вид (исходя из решения) как штамповка подброса МВД наркотиков», дела о взятках сотрудникам ГИБДД, дела о применении насилия в отношении представителей власти, дела о карманных кражах.

Портал OpenSpace отмечает, что из 178 приговоров, вынесенных Сыровой, оправдательный только один — по делу о ДТП. Этот показатель близок к общей статистике московских судей (у Сыровой 0,6% оправдательных приговоров, в столичных судах вообще — 0,7%).

В качестве характерной особенности работы Сыровой (впрочем, не сильно отличающей ее от многих других судей) Бутрин отмечает нелюбопытство к обстоятельствам дел. Так, в деле бармена (имя не указано), торговавшего сигаретами с контрафактными акцизными марками, судья не поинтересовалась, откуда они появились у обвиняемого. В деле О.А. Маханова, обвиненного в разбое, суд руководствовался исключительно показаниями потерпевшего иностранца, названного Дель Посо Алекс Армандо, сразу после событий покинувшего страну и на слушания не явившегося, двух полицейских и понятого, причем все показания были взяты во время предварительного следствия.

OpenSpace указывает, что Сырова косвенно поучаствовала в деле ЮКОСа. В феврале 2011 года она заочно приговорила к восьми годам лишения свободы бывшего гендиректора Московского дворца молодежи Павла Забелина, которого в 2003-2005 годах, по его словам, принуждали свидетельствовать против бывшего руководителя отдела внутренней экономической безопасности ЮКОСа Алексея Пичугина и одного из бывших руководителей ЮКОСа Леонида Невзлина. Забелин отказался и уехал в Германию, после чего против него было возбуждено уголовное дело по обвинению в мошенничестве. Портал отмечает, что Сырова вела процесс «в точном соответствии с правилами хорошего тона, принятыми в Хамовническом суде: отказываясь удовлетворять ходатайства защиты о запросе платежных документов и допросе всех свидетелей защиты».

Все же одно дело, получившее определенный общественный резонанс, в карьере Сыровой было, причем оно, как и дело Pussy Riot, связано с актуальным, провокационным, эпатажным искусством. Речь о деле художника Авдея Тер-Оганьяна, в 1998 году в рамках перформанса «Юный безбожник» разрубившего топором несколько репродукций икон. Он был обвинен в разжигании религиозной вражды (соответствующая статья грозила и Pussy Riot, упоминалось, что дело о разжигании ими вражды находится в отдельном производстве), но эмигрировал в Чехию. Участие Сыровой в деле Тер-Оганьяна ограничилось тем, что в марте 2010 года она его закрыла — как предполагает OpenSpace, в связи с истечением срока давности.

Надежда Толоконникова, Мария Алехина, Екатерина Самуцевич

ТОВАРИЩИ ПО НЕСЧАСТЬЮ

художник, активист Петр Верзилов (муж Надежды Толоконниковой)

участники акций в поддержку Pussy Riot Григорий Саксонов, Аркадий Аленичев, Максим Винярский, Юрий Емельянов, новосибирский художник Артем Лоскутов

ЭКСПЕРТИЗА

Адвокат обвиняемых Виолетта Волкова:

«Нам было отказано в знакомстве с уголовным делом. 7 томов, 13 дисков с видео, 5 носителей с более 1,5 терабайтов информации. Мы посчитали — нам бы потребовалось 90 дней непрерывной работы! А вещдоки подсудимым не предъявлялись вообще никогда! Зачем им знать, в чем их обвиняют?»

Александр Верховский, директор Информационно-аналитического центра «СОВА»:

«То, что обвиняемых преследуют по ч.2 статьи «Хулиганство», неправильно, неправильно, даже если не вдаваться в существо самой истории».

ЦИТАТЫ

Судья Марина Сырова:

«Отказываю во всех ходатайствах. Мы достаточно много знаем о том, где обвиняемые учатся, как они учатся, есть ли у них дети...»

Мария Алехина:

«Власть долго будет краснеть за этот процесс. В здоровом обществе такой процесс невозможен. Это болезненность, которая замалчивается, но после всегда разрешается. Вот он, разговор, на который способны наши власти — этот суд».