Дело Pussy Riot





21 февраля 2012 года в храм Христа Спасителя вошли несколько человек. Они забежали на солею храма, надели на себя пестрые одежды, натянули на лицо балаклавы — шапки, закрывающие лица — и, расчехлив электрогитару и достав небольшой усилитель, встали на колени и начали быстро осенять себя крестными знамениями, после чего запели песню.

21 февраля 2012 года в храм Христа Спасителя вошли несколько человек. Они забежали на солею храма, надели на себя пестрые одежды, натянули на лицо балаклавы — шапки, закрывающие лица — и, расчехлив электрогитару и достав небольшой усилитель, встали на колени и начали быстро осенять себя крестными знамениями, после чего запели песню.

Это была акция феминистской панк-группы Pussy Riot, на счету которой ряд громких эпатажных мероприятий, связанных с политической ситуацией в стране. За месяц до акции в храме Pussy Riot взобрались на Лобное место и исполнили песню «Бунт в России — Путин зассал». Нынешнюю же акцию группа определила как панк-молебен, а песня называлась «Богородица, Путина прогони!». Участницам группы удалось спеть только начало песни, после чего их выгнали из храма. Двумя днями ранее Pussy Riot попытались провести аналогичную акцию в Богоявленском соборе в Елохове, но их почти тут же вывели. После выступления в храме Христа Спасителя в интернете был выложен видеоролик песни «Богородица, Путина прогони!», смонтированный из съемок, сделанных как в храме Христа Спасителя, так и в Богоявленском соборе.

26 февраля было возбуждено уголовное дело по статье «Хулиганство» (ч. 2 ст. 213 УК). Участникам акции инкриминировалось хулиганство, совершенное группой лиц по предварительному сговору и по мотивам религиозной ненависти или вражды (в процессе расследования участниц акции обвинили в хулиганстве по мотивам ненависти к социальной группе «православные христиане»). Были сообщения и о том, что против подследственных возбуждено или выделено в отдельное производство дело по знаменитой статье 282 (возбуждение ненависти или вражды).

3 марта по подозрению в причастности к выступлению в храме были арестованы Надежда Толоконникова и Мария Алехина, 16 марта — Екатерина Самуцевич. (По данным следствия, в акции участвовали пять человек, но о двух других предполагаемых участниках ничего до сих пор не известно.) Поначалу Толоконникова и Алехина заявляли, что не имеют отношения к Pussy Riot и акции в храме. Позднее все арестованные признали свое участие в панк-группе. Однако Самуцевич и на слушании по делу утверждала, что охранник буквально вынес ее из храма, как только она расчехлила гитару, из чего следует, что принять участие в акции она практически не успела.

Многочисленные эксперты признавали в акции факт оскорбления чувств верующих, что является административным правонарушением, но отказывались трактовать ее как уголовное преступление, грозящее подозреваемым сроком до семи лет. Однако следствие настаивало на том, что содеянное в храме есть хулиганство с означенными выше признаками (то есть наличием сговора и по мотивам религиозной ненависти), и несколько раз ходатайствовало о продлении обвиняемым срока ареста, мотивируя это тем, что задержанные могут скрыться, а также тем, что содержание под стражей спасет их от нападок оппонентов. Суд каждый раз удовлетворял ходатайство.

Дело Pussy Riot приобрело необыкновенный общественный резонанс, причем не только в России, но и во всем мире. У здания Таганского суда, регулярного продлевавшего обвиняемым срок содержания под стражей, образовался круглосуточно действующий протестный лагерь «ОккупайСуд», по аналогии с «ОккупайАбай» на Чистых прудах. В дни судебных заседаний у суда с плакатами стояли как сторонники Pussy Riot, так и их идеологические оппоненты, называющие себя защитниками духовности. При этом некоторые из «защитников духовности» не гнушались применять насилие: были случаи, когда православные активисты поднимали руку на женщин, осмелившихся выразить поддержку обвиняемым.

В защиту Pussy Riot выступили российские и западные деятели культуры. Первые (более 100 человек) подписались под коллективным открытым письмом, в котором присоединялись к мнению, что акция в храме, как к ней ни относись, не является уголовным преступлением. В защиту панк-группы выступили многочисленные зарубежные рок- и поп-музыканты, в том числе в ходе московских выступлений. Во время концерта группы Faith No More в Москве с музыкантами выступили оставшиеся на свободе участницы Pussy Riot. В поддержку обвиняемых выступили также депутаты Бундестага, такие известные в мире искусства люди, как Йоко Оно и певица Бьорк.

С осуждением Pussy Riot выступили русские писатели-почвенники.

Дело Pussy Riot стало не менее (а может быть, и более) известным в России и мире, чем дело ЮКОСа (более скандальным — так уж точно).

20 июня, в ответ на очередное решение суда о продлении срока ареста, обвиняемые объявили голодовку, которую сняли в первой половине июля. (Ранее Толоконникова и Алехина объявляли голодовку непосредственно после задержания и прекратили ее одиннадцать дней спустя, после того как Мосгорсуд отказал им в удовлетворении жалобы. Самуцевич держала голодовку пять дней в середине мая, выступая против содержания под стражей и давления со стороны сокамерниц, после чего ее перевели в одиночную спецкамеру.) В общей сложности Толоконникова и Алехина просидели за решеткой почти пять месяцев, Самуцевич — около четырех с половиной месяцев до начала судебных слушаний.

В рамках расследования дела было проведено три экспертизы. Авторы первых двух экспертных заключений не усмотрели в действиях Pussy Riot мотивов ненависти или вражды, равно как и призывов к противоправным действиям. Следователь Артем Ранченков (на самом позднем этапе, в июне 2012 года, его сменил Михаил Харьков) забраковал обе экспертизы и назначил третью, которая уже нашла вожделенные признаки возбуждения религиозной ненависти и оной ненависти мотивы. При этом так до конца и не ясно, инкриминируется ли обвиняемым собственно акция в храме или выложенный в интернете видеоролик. Между тем, адвокаты обвиняемых с самого начала процесса заявляли, что следственные действия с их подзащитными не проводятся, допрашивали их только один раз.

Обвинительное заключение, датированное 28 мая, гласит, что обвиняемые «кощунственным образом унизили вековые устои и основополагающие руководства Русской Православной Церкви», а также «грубо нарушили общественный порядок, выразив неуважение к обществу, противопоставив себя в православном Храме обществу, демонстративно пренебрегли общепринятыми нормами поведения в Храме, оскорбили религиозные чувства посетителей Храма и всех верующих граждан, по мотивам религиозной ненависти и вражды». В обвинительном заключении, в частности, говорится, что Толоконникова, Алехина, Самуцевич и еще два неустановленных лица незаконным образом проникли на солею, куда разрешается заходить только представителям духовенства. Однако запрета заходить на солею нет ни в церковных правилах, ни, естественно, в российском законодательстве.

Потерпевшими были признаны охранники храма Сергей Белоглазов, Станислав Шилин, Владимир Потанькин и Василий Саданин, алтарник Павел Железов, свечницы Любовь Сокологорская и Татьяна Аносова, заместитель главного энергетика храма Сергей Виноградов и прихожанин храма, член организации «Народный собор» Денис Истомин, в один голос утверждавшие, что «бесовские дрыганья» причинили им «непреходящую боль». Обвиняемые отмечали, что показания потерпевших были практически идентичными, вплоть до совпадения опечаток.

4 июля судья Таганского суда Наталья Коновалова постановила сократить срок ознакомления обвиняемых и их защитников с материалами уголовного дела, составляющего семь томов по 300 страниц, до 9 июля. В ответ Толоконникова и Самуцевич вновь объявили голодовку.

В ходе следствия и суда на обвиняемых постоянно оказывалось воздействие: им не давали конфиденциально общаться с адвокатами, с родными и близкими — так, Марии Алехиной не разрешили поговорить по телефону с сыном.

7 августа прокурор Александр Никифоров попросил суд приговорить всех трех обвиняемых к трем годам лишения свободы в колонии общего режима. 17 августа они были приговорены к

двум годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

10 октября 2012 года Мосгорсуд оставил без изменения приговор для Толоконниковой и Алёхиной, а для Самуцевич заменил реальное наказание на условное.

Толоконникова отбывает наказание в женской колонии ИК-14 в посёлке Парца (Республика Мордовия). Алехина сначала сидела в женской колонии в Березниках в Пермском крае, а затем перевели в колонию №2 в Нижнем Новгороде.






Марина Сырова

Марина Сырова



Судья Хамовнического суда, в прошлом — сотрудник прокуратуры. 17 августа она вынесла приговор участницам группы Pussy Riot

Александр Замашнюк

ЭКСПЕРТИЗА

Зоя Светова, журналист:

То, что приговор будет обвинительный, было понятно с самого начала. Удальцова и Развозжаева судят просто за то, что они — оппозиционеры.