Болотное дело. Следствие/Суд





Сегодня уже совершенно очевидно, что Россия впервые за несколько десятилетий стоит на пороге большого показательного политического процесса. Показательным суд над всеми фигурантами так называемого болотного дела станет, поскольку его цель — демонстративное запугивание как общественных и политических активистов, так и просто людей с активной гражданской позицией, не боящихся высказывать ее прямо, открыто, в том числе и на уличных акциях.


«Дело 12» появилось в конце ноября 2012 года. Следователь Рустам Габдуллин почему-то решил выделить его из дела о массовых беспорядках, якобы имевших место на Болотной площади 6 мая 2012 года, и связанном с ними применением насилия в отношении представителей власти (полицейских и омоновцев). В качестве обвиняемых по делу были отобраны двенадцать человек, фактически никак друг с другом не связанных. Они не состояли в сговоре, не являлись членами одной преступной группы или (не)легальной партъячейки.

«Дело 12»

«Дело 12» появилось в конце ноября 2012 года. Следователь Рустам Габдуллин почему-то решил выделить его из дела о массовых беспорядках, якобы имевших место на Болотной площади 6 мая 2012 года, и связанном с ними применением насилия в отношении представителей власти (полицейских и омоновцев). В качестве обвиняемых по делу были отобраны двенадцать человек, фактически никак друг с другом не связанных. Они не состояли в сговоре, не являлись членами одной преступной группы или (не)легальной партъячейки. Эпизоды, которые им инкриминируют, не выстраиваются ни в какую логичную цепочку, последовательность событий. Они просто попались — их узнали на фотографиях и видео, отследили и задержали. Следствие, видимо, посчитало их исполнителями коварного замысла активистов Левого фронта Сергея Удальцова и Леонида Развозжаева. Вот они и предстают теперь по три, а то и четыре дня в неделю перед судом.

Из двенадцати обвиняемых одиннадцати инкриминируют участие в пресловутых массовых беспорядках, одной (Марии Бароновой) — призывы к оным. Восьмерых плюс к тому обвиняют в применении насилия в отношении представителей власти. Девять человек находятся в СИЗО (дольше всех — Андрей Барабанов: он сидит уже почти полтора года), двое под домашним арестом (Николая Кавказского перевели под домашний арест из СИЗО только в августе этого года, до этого он больше года находился в заключении), Мария Баронова — под подпиской о невыезде. На этапе следствия дело велось с многочисленными нарушениями: обвиняемых шантажировали, не давали им встречаться с родными и адвокатами, адвокатам ограничивали срок ознакомления с делом. В основе дела — многочисленные показания полицейских и омоновцев, пострадавших на Болотной площади. При этом по ходу следствия показания некоторых из них чудесным образом менялись: если сразу после событий они не знали, кто нанес им травму, то спустя месяцы они вдруг словно прозревали и опознавали тех, кого нужно.

В Замоскворецкий суд дело было передано 27 мая 2013 года (Болотная площадь подпадает под его юрисдикцию). Однако выяснилось, что в здании Замоскворецкого суда нет зала подходящих размеров, и заседания начались в здании Мосгорсуда. С октября они проходят в здании Никулинского суда. За это время суд опросил несколько десятков так называемых потерпевших — в подавляющем большинстве из числа полицейских и омоновцев. Некоторые из них даже не опознали никого из обвиняемых и не имеют к ним претензий, тем не менее, они остаются в статусе потерпевших. Те, кто опознал, как правило, путались в показаниях, сообщали факты, противоречащие вроде как их же словам в протоколах допросов на следствии, а иногда демонстрировали чудеса памяти: события, связанные с теми обвиняемыми, от действий которых они якобы пострадали, они помнили почему-то очень отчетливо, все остальное, что имело место на Болотной площади 6 мая 2012 года, могли не помнить вообще (включая фамилию командира). То же касается и показаний свидетелей обвинения. И при этом ни один так называемый потерпевший или свидетель за все это время не подтвердил, что на Болотной площади действительно имели место массовые беспорядки в юридическом смысле, то есть действия, характеризующиеся погромами, поджогами, применением оружия, разрушением зданий, перекрытием важнейших транспортных артерий. Что же до многочисленных видеодокументов, просмотренных в суде, то они отчетливо свидетельствовали о насилии, которое совершали представители полиции в отношении мирных граждан — только по этому поводу уголовное дело не заведено. В настоящее время обвинение, по-видимому, приближается к финалу стадии представления потерпевших и свидетелей, но процесс устроен так, что последующие события в суде никаким образом невозможно предсказать.

Болотное дело. Процесс

Сегодня уже совершенно очевидно, что Россия впервые за несколько десятилетий стоит на пороге большого показательного политического процесса. Показательным суд над всеми фигурантами так называемого болотного дела станет, поскольку его цель — демонстративное запугивание как общественных и политических активистов, так и просто людей с активной гражданской позицией, не боящихся высказывать ее прямо, открыто, в том числе и на уличных акциях. А политическим этот процесс является по определению — с его помощью Кремль собирается решить ряд сугубо политических проблем: расправиться с реальной оппозицией, дезорганизовать протестное движение, укрепить правящий режим.

Задача, которую политические власти страны поставили перед правоохранительными органами при раскручивании «болотного дела», на самом деле не вполне тривиальная. С одной стороны, большая часть российского общества должна получить убедительные доказательства виновности фигурантов. В глазах среднего российского обывателя вся эта оппозиционная московская тусовка (которую, кстати, обыватель и так не жалует) должна предстать в качестве силы, покусившейся на основы нашей государственности. В лидерах Болотной и обычных гражданских активистах, в их речах и действиях остальные граждане России должны почувствовать угрозу стабильности, поступательному движению вперед, всем завоеваниям путинского периода. То есть фактически — будущему России. А еще оппозиционеры-хулиганы будут выставлены разрушителями традиционных российских ценностей и представителями интересов Запада. («Антизападнический» мотив крайне важен с идеологической точки зрения.)

Но совсем другой месседж адресован, собственно, «болотному» люду, тем десяткам тысяч людей, которые по-прежнему выходят на протестные митинги и марши в Москве. Которые о нюансах и деталях процесса знают не из пропагандистских сюжетов и программ телеканала НТВ.

Высосанные из пальца обвинения, вопиющий волюнтаризм следствия, тотальное игнорирование закона, полная инкорпорированность судебной системы в работу всей репрессивной машины — вот какая картина предстает перед теми, кто начинает интересоваться деталями происходящего. И ощущение, что в тюрьме по обвинению в «беспорядках на Болотной» может оказаться  абсолютно любой человек, участвовавший в том роковом марше, вовсе не случайно. Следствию важно продемонстрировать протестной Москве свой полный контроль над ситуацией и полную свободу действий — захотим, этого парнишку пристегнем, а захотим, вот эту девчонку. А может, и не парнишку с девчонкой вовсе, а солидного отца семейства. Отсутствие или наличие реальной вины не имеет никакого значения. Достаточен факт присутствия на мероприятии. Словом, граждане, делайте выводы и в следующий раз сидите лучше дома! Это самый верный способ не обнаружить себя неожиданно в СИЗО. Единственно верный.

Сегодня сложно предугадать, в какой именно момент власти посчитают нужным дать старт беспрецедентному в новейшей истории политическому процессу. Большинство обозревателей сходится на том, что раньше осени он не начнется — слишком грандиозен масштаб задуманного, слишком важное значение в Кремле придают расправе над оппозицией.                   

Что же наше гражданское общество может противопоставить этой, похоже, уже набравшей приличную скорость репрессивной машине? Каковы возможные ответы оппозиции на столь чудовищную угрозу?

Уже несколько месяцев идет работа над очень интересным и большим проектом по реконструкции событий 6 мая на Болотной площади. Цель которого — установить истину и убедительно продемонстрировать обществу ангажированность и необъективность следствия. Работа осуществляется силами активистов из группы «6 мая» и ПАРНАСа. К настоящему моменту опрошены сотни свидетелей и сформирована комиссия, которая в свое время презентует доклад по теме на специально созванном гражданском форуме.

 






Наталия Никишина

Наталия Никишина



Судья Наталия Никишина отказывалась удовлетворять и даже выслушивать заявления Сергея Кривова, голодовка которого длилась 65 дней

Тимофей Грачев

Тимофей Грачев



21 февраля Басманный суд санкционировал арест до 6 апреля Александра Марголина. От имени СК выступал майор юстиции Тимофей Грачев

Александр Замашнюк

ЭКСПЕРТИЗА

Зоя Светова, журналист:

То, что приговор будет обвинительный, было понятно с самого начала. Удальцова и Развозжаева судят просто за то, что они — оппозиционеры.