Сергей Аксенов

С Сергеем Аксеновым мы впервые встретились в холле варшавской гостиницы Софитель осенью 2008 года. Я содействовала его участию в конференции ОБСЕ по человеческому измерению. И никогда об этом не пожалела.

Аксенова в тот вечер ждали, а он все не появлялся. Уже думали, что заблудился. Его ответ на недоуменный вопрос «Почему так долго?» был ошеломляюще прост: «Я не ехал. Я шел пешком. Березы в Польше такие красивые. И мне хотелось Варшаву посмотреть».

Аксенов оказался способен не только ориентироваться на местности, но и внятно формулировать проблемы. Столь внятно, что некоторые московские правозащитники из числа постоянных участников зарубежных тусовок досадливо хмыкнули: «Ишь ты, а эти нацболы еще и писать умеют». Действительно, творчество Лимонова, Прилепина, Линдермана и, пожалуй, еще многих доказывает, что писать они умеют.

Тогда на встрече ОБСЕ Аксенов говорил о преследованиях членов своей уже год как запрещенной партии, в том числе об убийстве подмосковного нацбола Юрия Червочкина. Выступление Сергея следовало сразу за сусальным докладом о партийной демократии в России, которым представитель официальной делегации пытался заклеить уши ОБСЕ.

Через четыре года после убийства Юрия Червочкина, когда российская власть даже не попыталась прикрыть имитацию расследования ветошью слов, случилось задержание Вани — шестилетнего сына Аксенова. Как минимум два имени — Юрий Червочкин и Иван Аксенов — оказались переплетены злой волей капитана полиции Алексея Окопного.

«Окопные» ненавидят таких, как Аксенов. Многие из тех, кто хорошо относится к Сергею, говорят про него — «непримиримый революционер». Революционность Аксенова оспаривать не берусь. Его биография тому свидетельство.

В1997 году Аксенов стал нацболом. Делал газету «Лимонка». Ему, выпускнику Московского экономико-статистического института, довелось поработать разнорабочим, поваром, журналистом. С апреля 2001 года по ноябрь 2003 года — политзэк в связи с «алтайским делом» Эдуарда Лимонова. С возникновения оппозиционной коалиции «Другая Россия» не просто входил в оргкомитет «Маршей несогласных», но и лично участвовал во всех московских маршах, а также в питерском марше 3 марта 2007 года. Неоднократно был задержан милицией, а ныне полицией.

Непримиримый ли Аксенов? Несомненно. Особенно по отношению к таким человеческим слабостям, как отречение от собственного слова. Так, правозащитник Валерий Борщев столкнулся с непримиримостью Аксенова, когда тот, будучи задержан 31 декабря, отказался от его помощи и выгнал его из отделения полиции, используя широкий набор «резких выражений». Эмоциональным срывом тот демарш не был, на мой взгляд. Скорее, это был ответ на выступление Борщева на съезде «Яблока» о том, «какую серьезную политическую работу» они провели, чтобы размежеваться с нацболами. Это размежевание напомнило мне ристалища истинных партийцев-ленинцев со злобными троцкистами-уклонистами, рассказы о которых сохранили мемуары узников ГУЛАГа.

Признаться, уже во время нашей первой встречи мне тоже довелось столкнуться с непримиримостью Аксенова. В тот год конференция ОБСЕ по человеческому измерению совпала по времени с акцией нацболов в Хабаровске, когда они выразили протест против личного подарка премьера Путина Китаю в виде нескольких островов в дельте Амура.

Узнав о том, что его друзья задержаны китайскими пограничниками, а МИД России игнорирует выполнение консульских обязанностей, Сергей написал письмо Лаврову. А ведь МИД был там же, в тех же коридорах «Софителя»… Вот и решил Аксенов не откладывать дела в долгий ящик и стал «ловить» представительницу МИДа в курилке. Да только она разговаривать с ним не хотела.

Непримиримый Аксенов не сходил со своего поста как часовой. Сколько мы — барышни из Общества российско-чеченской дружбы, «Голоса Беслана» и некоторых офисов ОБСЕ — ни уговаривали его пойти пообедать, Сергей остался непреклонен…

Письмо передал, а потом с чувством выполненного долга переплыл Вислу. День был октябрьский, холодный, вечер темный. Река тихо несла свои воды, а мы с дамой из ОБСЕ и Эллой Кесаевой сидели на берегу, посматривали друг на друга и почему-то знали, что Аксенов переплывет. И ничего с ним не случится.

 

Автор текста — Оксана Челышева

 

 

ТОВАРИЩИ ПО НЕСЧАСТЬЮ

Шестилетний сын Сергея Аксенова Иван Аксенов — задержан во время акции и допрошен в ОВД

активистка «Другой России» Виктория Кузнецова — задержана вместе с Иваном, подверглась угрозам со стороны Окопного

Активисты «Другой России» Марат Салахиев и Игорь Щука — задержаны во время акции, приговорены к девяти и восьми суткам ареста соответственно за якобы имевшее место неповиновение законным требованиям сотрудников полиции

 

 

 

Фотографии из архива семьи Аксеновых, принтскрин Грани-ТВ

Алексей Окопный


СОУЧАСТНИКИ

Инспектор по делам несовершеннолетних ОВД по Тверскому району ЦАО города Москвы Светлана Панарина — допрашивала ребенка в отсутствие родителей или законных представителей

ЭКСПЕРТИЗА

Борис Альтшулер, руководитель общественной организации «Право ребенка»:

 

— Все это выглядит как использование детей в целях политического давления.

ЦИТАТЫ

Сергей Аксенов:

— По какой-то странной причине этот персонаж не стесняется воевать с женщинами и детьми.

Ольга Костина, председатель Общественного совета при ГУВД Москвы:

— По имеющейся информации, полицейские действовали в рамках закона.